Дисциплинарная коллегия Верховного суда оставила без мантии судью, утверждавшего, что его дело сфальсифицировано главой областного суда. Тот якобы мстит за письмо в адрес главы ВС Вячеслава Лебедева, в котором подчиненные пожаловались на нехорошее оснащение суда.
Судья Александр Глухов работал в Центральном суде Волгограда с 2008 года, в 2014 году стал зампредом. Но в декабре прошлого года ККС Волгоградской области удовлетворила представление председателя Волгоградского облсуда Александра Подкопаева, который просил досрочно лишить Глухова полномочий.
В представлении сказано, что судья, зная, что осужденный Корчак не отбыл и половины назначенного срока, в феврале прошлого года высвободил его досрочно. Еще одно нарушение было в том, что пересматривать просьбу об УДО должен был суд города Камышина, где осужденный отбывал наказание, а не Центральный районый суд, где работал Глухов. Согласно представлению, судья намерено этапировал Корчака из колонии как свидетель по другому делу, чтобы поменять подсудность и применить условно-досрочное освобождение. В следствии Корчак с декабря 2015 года по май 2016-го вместо колонии был в СИЗО. В мае прошлого года апелляция наложить вето на исполнение постановления об УДО (дело № 22-1808/2016). ККС посчитала произошедшее дисциплинарным протупком, с "неотёсанными нарушениями требований закона, определяющих подсудность дела, и повлекших искажение правил уголовного судопроизводства".
Помимо этого, в представлении сказано, что к выполнению своих обязанностей судья относился недобросовестно, допуская неосторожность при составлении процессуальных документов.
Глухов с решением ККС не дал согласие и сейчас пробовал его обжаловать в Дисциплинарной коллегии Верховного суда. Согласно его точке зрения, ККС не учла ряд положений закона о статусе судей, и разъяснения Пленума ВС о том, что именно можно считать дисциплинарным проступком. Экс-судья подчернул, что он был лишен возможности учавствовать в служебной проверке в отношении него, поскольку она проводилась в "заведомо одностороннем" порядке, чтобы он не смог дать пояснения и доказательства.
Упомянул Глухов и том, что дисциплинарное разбирательство глава областного суда Подкопаев инициировал, хотя отомстить за письмо главе ВС Вячеславу Лебедеву, в котором в котором Глухов и его коллеги пожаловались на нехорошее обеспечение суда.
"Ну решение-то об УДО вы же вынесли?" – задал вопрос председательствующий Сергей Рудаков. Глухов этого не отрицал, но пояснил, что перевел осужденного из колонии в СИЗО не просто так.
В декабре 2015 года он пересматривал дело на некого Канденкова, которого обвиняли в сбыте наркотиков. Юрист обвиняемого попросил вызвать Корчака как свидетель защиты, потому, что тот якобы имел возможность "сказать значительные для дела сведения". Глухов ходатайство юриста удовлетворил, Корчака вызвали, но на судебное совещание он так и не явился. В итоге дело было закрыто без участия Корчака.
Ходатайство от Корчака об условно-досрочном освобождении поступило только через два месяца после этих событий. "Я физически не имел возможности не забывать эту фамилию, сказать о том, что я намерено взял это дело, нелепо", – убеждал коллегию Глухов, отметив, что Корчаку не хватило всего 11 дней до момента до отбытия половины срока.
– Вы задавали вопросы юриста, для чего конкретно нужен Корчак? – поинтересовался судья Анатолий Куменков.
Глухов ответил, что защитник давал слово "значительные" пояснения со стороны свидетеля.
– Другими словами вы можете вызвать и с Дальнего Востока свидетеля, в случае если скажут, что он даст значительные показания? – продолжал задавать вопросы Куменков.
Глухов ответил положительно, но подчернул, что отправился бы на такие меры "лишь, в случае если стороны не возражают".
Судья Галина Гуляева с ним не дала согласие, растолковав, что юрист обязан обосновать таковой вызов, но и в этом случае суд вправе отказать. "А сейчас вам говорят, что вызов Корчака не был обоснован", – сказала она.
"Глухов не изучил дело Корчака. Черта, выданная для УДО, не соответствует тем, что в большинстве случаев выдаются. Там даже нет мнения администрации колонии", – поведала глава ККС.
– В чем выразился дисциплинарный проступок и в чем его исключительность? – задал вопрос Рудаков.
Юткина пояснила, что судья не должен совершать действия в интересах отдельных лиц. "Тут разумеется, что все решения были приняты, чтобы высвободить Корчака", – считает она.
Что же касается предвзятого отношения со стороны председаетля областного суда, то, согласно заявлению главы ККС, об этом не может идти и речи, поскольку написанное Глуховым в адрес Лебедева письмо "ни на что не повлияло".
Глухов с этим не соглашался и настаивал на своем. "Все это – следствие затянувшегося конфликта, из-за которого Центральный суд уже лишился четырех начальников. Я признаю, что допустил арифметическую ошибку, просчитался на 11 дней, но это разъясняется большой нагрузкой. Сказать о моем умысле неуместно, время от времени совпадение – это просто совпадение", – пробовал убедить судей Глухов.
Но коллегия, посовещавшись около часа, решение ККС оставила без изменений.
Судья Александр Глухов работал в Центральном суде Волгограда с 2008 года, в 2014 году стал зампредом. Но в декабре прошлого года ККС Волгоградской области удовлетворила представление председателя Волгоградского облсуда Александра Подкопаева, который просил досрочно лишить Глухова полномочий.
В представлении сказано, что судья, зная, что осужденный Корчак не отбыл и половины назначенного срока, в феврале прошлого года высвободил его досрочно. Еще одно нарушение было в том, что пересматривать просьбу об УДО должен был суд города Камышина, где осужденный отбывал наказание, а не Центральный районый суд, где работал Глухов. Согласно представлению, судья намерено этапировал Корчака из колонии как свидетель по другому делу, чтобы поменять подсудность и применить условно-досрочное освобождение. В следствии Корчак с декабря 2015 года по май 2016-го вместо колонии был в СИЗО. В мае прошлого года апелляция наложить вето на исполнение постановления об УДО (дело № 22-1808/2016). ККС посчитала произошедшее дисциплинарным протупком, с "неотёсанными нарушениями требований закона, определяющих подсудность дела, и повлекших искажение правил уголовного судопроизводства".
Помимо этого, в представлении сказано, что к выполнению своих обязанностей судья относился недобросовестно, допуская неосторожность при составлении процессуальных документов.
Глухов с решением ККС не дал согласие и сейчас пробовал его обжаловать в Дисциплинарной коллегии Верховного суда. Согласно его точке зрения, ККС не учла ряд положений закона о статусе судей, и разъяснения Пленума ВС о том, что именно можно считать дисциплинарным проступком. Экс-судья подчернул, что он был лишен возможности учавствовать в служебной проверке в отношении него, поскольку она проводилась в "заведомо одностороннем" порядке, чтобы он не смог дать пояснения и доказательства.
Упомянул Глухов и том, что дисциплинарное разбирательство глава областного суда Подкопаев инициировал, хотя отомстить за письмо главе ВС Вячеславу Лебедеву, в котором в котором Глухов и его коллеги пожаловались на нехорошее обеспечение суда.
Давний конфликт с главой областного суда
На совещании Глухов аргументы своей жалобы подтвердил, добавив, что отношения с Подкопаевым испортились после того, как он в 2014 году удовлетворил ходатайство следствия об аресте активов местного металлургического завода "Красный Октябрь", с чем глава областного суда не дал согласие. Тогда, по словам судьи, глава на совете судей публично отчитал его за это решение. "Все дисциплинарное производство формировалось в тайне от меня и от других начальников. Все материалы оставлялись в облсуде на долгий срок. Все материалы были сфальсифицированы", – утверждал сейчас Глухов."Ну решение-то об УДО вы же вынесли?" – задал вопрос председательствующий Сергей Рудаков. Глухов этого не отрицал, но пояснил, что перевел осужденного из колонии в СИЗО не просто так.
В декабре 2015 года он пересматривал дело на некого Канденкова, которого обвиняли в сбыте наркотиков. Юрист обвиняемого попросил вызвать Корчака как свидетель защиты, потому, что тот якобы имел возможность "сказать значительные для дела сведения". Глухов ходатайство юриста удовлетворил, Корчака вызвали, но на судебное совещание он так и не явился. В итоге дело было закрыто без участия Корчака.
Ходатайство от Корчака об условно-досрочном освобождении поступило только через два месяца после этих событий. "Я физически не имел возможности не забывать эту фамилию, сказать о том, что я намерено взял это дело, нелепо", – убеждал коллегию Глухов, отметив, что Корчаку не хватило всего 11 дней до момента до отбытия половины срока.
– Вы задавали вопросы юриста, для чего конкретно нужен Корчак? – поинтересовался судья Анатолий Куменков.
Глухов ответил, что защитник давал слово "значительные" пояснения со стороны свидетеля.
– Другими словами вы можете вызвать и с Дальнего Востока свидетеля, в случае если скажут, что он даст значительные показания? – продолжал задавать вопросы Куменков.
Глухов ответил положительно, но подчернул, что отправился бы на такие меры "лишь, в случае если стороны не возражают".
Судья Галина Гуляева с ним не дала согласие, растолковав, что юрист обязан обосновать таковой вызов, но и в этом случае суд вправе отказать. "А сейчас вам говорят, что вызов Корчака не был обоснован", – сказала она.
"О предвзятости не может быть и речи"
Глава ККС, судья Волгоградского областного суда Светлана Юткина, со своей стороны, настаивала на том, что решение квалифколлегия вынесла законное. "Мы пришли к выводу, что необходимости в вызове свидетеля не было. Одна обстановка была создана для этапирования и чтобы в будущем рассмотреть заявление об УДО", – отметила Юткина, добавив, что в случае если дело закрыли без показаний Корчака, это показывает, что он не был нужен как свидетель. Косвенно об умысле судьи имело возможность свидетельствовать да и то, что юрист по обоим уголовным делам был один и тот же."Глухов не изучил дело Корчака. Черта, выданная для УДО, не соответствует тем, что в большинстве случаев выдаются. Там даже нет мнения администрации колонии", – поведала глава ККС.
– В чем выразился дисциплинарный проступок и в чем его исключительность? – задал вопрос Рудаков.
Юткина пояснила, что судья не должен совершать действия в интересах отдельных лиц. "Тут разумеется, что все решения были приняты, чтобы высвободить Корчака", – считает она.
Что же касается предвзятого отношения со стороны председаетля областного суда, то, согласно заявлению главы ККС, об этом не может идти и речи, поскольку написанное Глуховым в адрес Лебедева письмо "ни на что не повлияло".
Глухов с этим не соглашался и настаивал на своем. "Все это – следствие затянувшегося конфликта, из-за которого Центральный суд уже лишился четырех начальников. Я признаю, что допустил арифметическую ошибку, просчитался на 11 дней, но это разъясняется большой нагрузкой. Сказать о моем умысле неуместно, время от времени совпадение – это просто совпадение", – пробовал убедить судей Глухов.
Но коллегия, посовещавшись около часа, решение ККС оставила без изменений.
